Яков Мелех, бывший иудей, США (часть 1)

Site Team

Когда я родился, меня назвали еврейским именем Яков Мелех. Я всю жизнь жил в Нью-Йорке и сейчас живу в том же районе, где родился и вырос. Мы были религиозной семьей, но без фанатизма, принадлежали к хасидской общине, каждую субботу посещали мессу, но мы не выполняли все строгие обряды, необходимые в хасидском иудаизме. Для тех, кто не знает, хасидизм известен как "ультра ортодоксальный" иудаизм. Хасиды придерживаются строгих обрядов Галахи (еврейского закона) и свите еврейского мистицизма (каббалы). Это именно те странные люди, в черных костюмах и шляпах, которых вы встречаете на улицах, с невероятно длинными бородами и бакенбардами.

Мы не были такими. По субботам мы готовили и пользовалась электроэнергией, и я никогда не носил кипу на голове. Более того, я рос в светской среде в окружении нееврейских одноклассников и друзей. Тем не менее, в течение долгих лет, когда я ехал за рулем в субботу или ел некошерную пищу, я испытывал чувство вины. 

Хотя я и не соблюдал всех правил, меня не покидало чувство, что Бог желает честной жизни для меня, и каждый раз, когда я нарушал духовный закон, то грешил в глазах Бога. С первых дней, мама читала мне рассказы о великих раввинах, о Елизаре, Баале Шем Тове, легенды из Агады (части Талмуда, кроме Галахи) и Торы.

Все эти истории содержали в себе определенную мораль, именно они помогли мне примкнуть к еврейской общине и считать себя евреем. Притчи рассказывали, как еврейский народ на протяжении всей своей истории подвергался преследованиям, но Бог всегда оставался на стороне Своего народа до самого конца. Предания, на которых мы, евреи, воспитываемся, показывают, что чудеса всегда спасали наш народ всякий раз, когда мы больше всего в этом нуждались. Выживание евреев, несмотря на многие испытания и трудности, уже само по себе является чудом.

Если люди хотят объективно взглянуть на причины, по которым большинство евреев придерживаются иррациональной сионистской позиции в отношении Израиля, то им следует учитывать тот факт, что еврейские дети растут на этих историях, им их внушают с пеленок. Вот почему сионисты делают вид, что они вообще ничего плохого не совершают. Всех гоев (язычников) рассматривают как врагов, которые хотят напасть на них, и, потому, они не могут никому доверять. Еврейский народ имеет очень сильную связь друг с другом, они считают себя и своих собратьев "Богоизбранным народом". В течение многих лет я сам твердо верил в это и считал себя избранным.

Хотя я был сильно привязан к еврейской общине, все же мне с трудом удавалось выдерживать субботние молебны в синагоге. До сих пор вспоминаю, как мой отец будил меня по утрам каждую субботу и заставлял идти в синагогу. Помню, как мне было ужасно скучно там, как странно выглядели все эти люди в черных шляпах и их нелепые бороды, и как непонятно звучали  молитвы на каком-то чужом иностранном языке. Я ощущал себя там так, словно меня забросили в другой мир, далекий от моих друзей и знакомых. Я думал, что так и должно быть, однако я и мои родители не приняли хасидскую веру в отличие от других родственников.

Когда мне исполнилось 13-ть, я вошел в возраст бар-мицвы, как и любой другой еврейский мальчик, который с этого момента становится мужчиной. Теперь каждое утро я надевал тфилин (еврейский оберег). Мне говорили, что не повязывать тфилин опасно, это считается дурным знаком, и кто его не наденет, с тем обязательно случится беда. В первый же день, когда я не надел оберег, украли машину моей мамы! Этот случай надолго убедил меня носить оберег.

Только спустя некоторое время, после церемонии принятия бар-мицвы, моя семья полностью перестала ходить в синагогу. Они не могли молиться по три с половиной часа и чувствовали, что самое важное, то есть бар-мицву, я уже получил. Да тут и отец ввязался в какую- то глупую ссору с одними прихожанами, и после того мы вообще перестали ходить на службу. Тогда произошло вообще нечто странное: друг моего отца убедил его принять Иисуса в свое сердце. Слава Богу, мама не развелась с отцом после его обращения в христианство, но с тех пор она затаила на него тихую ненависть.

Все это происходило, когда я был подростком и пытался найти себя. Преобразование моего отца помогло мне разобраться в собственных убеждениях. Я начал задавать себе разные вопросы. Кто такие евреи вообще? Иудаизм – это культура, нация или религия? Если это нация, тогда как евреи могут быть гражданами двух стран? А если иудаизм – это религия, то почему  молитвы читаются на иврите, а в молебнах за Землю Израильскую соблюдаются восточные ритуалы? Если иудаизм является просто культурой, то  почему, когда человек перестает говорить на иврите и практиковать еврейские обычаи, то его уже не считают евреем?

     Если еврей – это человек, соблюдающий заповеди Торы, то почему Авраам является первым евреем, когда он жил до того, как Моисей открыл Тору своему народу? Кстати, в Торе даже не говорится, что он был евреем, а само слово «иудей» происходит от названия одного из 12-ти сыновей Иакова, Иуды. Такого понятия как иудей вообще не существовало, а появилось оно только после Соломона, во время  правления царя Иуды. Традиционно считается, что еврей это тот, у кого мать еврейка. Таким образом, вы все равно остаетесь евреем, даже если придерживаетесь христианства или атеизма. Все больше и больше я начал отдаляться от иудаизма. В этой религии так много законов и мицвы (добрых дел). Я стал сомневаться и задаваться вопросом, какой смысл во всех этих различных ритуалах? Для меня все они казались людской выдумкой…

Related Articles with Яков Мелех, бывший иудей, США (часть 1)